Суть Времени Ленинград

За ДАМ, за не ДАМ, и за ДАМ, но не вам

Смотреть выступления Д. А. Медведева – огромное удовольствие для общественного деятеля, филолога и журналиста. Воистину, пиршество для интеллекта. Почти четырехчасовая сессия в Госдуме, на которой ДАМ представил свой доклад по итогам работы в 2012 году, затронула множество тем и теорий, и все они стоят одна другой. Но пока что хотелось бы обсудить то, что касается новой «услуги». Речь идет об образовании. В целом ДАМ очень благостно отозвался о новом законе об образовании. Свой панегирик закону он начал с восхваления того факта, что новый закон «представляет дополнительные возможности для тех, кто нуждается в социальной и правовой поддержке». Впрочем, фактом это является только для ДАМа. Во-первых, совершенно неясно, где прописаны черным по белому все обещанные возможности. Во-вторых, если мы отвернемся от казенного языка крючкотворов к грубому диалекту многоэтажек, то кого он вообще имел в виду? Кто нуждается в предоставлении социальных возможностей? Что это вообще за возможности? В этом, кстати, одна из прелестей наблюдения за ДАМом в природной среде обитания: переводить его волеизъявления на русский язык.
медведко
Предшественники нынешних элитариев – римские патриции – называли простой народ уничижительным словом «плебс». Именно представители этого самого простого народа, социально незащищенные или даже социально обделенные граждане,и есть люди, реально, остро нуждающиеся в социальной поддержке. А социальная поддержка в области образования – это возможность поступить в школу, закончить ее (не будучи вынужденным уходить после 9 класса на заработки), возможность поступить в вуз, причем на бюджетное отделение, и закончить его, получая пусть скромную, но достаточную стипендию, а также бесплатные учебники и полноценную медицинскую страховку.
Не для этой ли «поддержки» количество бюджетных мест урезано в некоторых вузах до числа пальцев на руках, а платные места стоят столько, что доход семьи должен составлять минимум 40 тысяч рублей в месяц, дабы семья могла позволить себе обучение ребенка в вузе. Это – при поступлении всего-навсего в педагогический вуз (не имею в виду СПбГУ, МГУ и пр.).
Так каким образом обеспечивается социальная поддержка? И почему, по какой наивности мне кажется, что социальная поддержка в сфере образовательной политики – это, прежде всего, поддержка человека в его стремлении получить высшее образование и предоставление ему для этого реальных средств?! Ибо все остальное – это подмена понятий.

Далее ДАМ уведомил, что в этом новом законе повышается воспитательная составляющая.
Где он ее увидел? Как она выгдядит, по Медведеву? Образование пресловутого нового типа - это услуга. Даже термин официальный разработан - «предоставление образовательных услуг». Цель этой услуги, как говорил Заратустра Фурсенко, - вырастить грамотного потребителя. Как сии, не побоюсь этого слова, стратегемы коррелируют с воспитательной составляющей? Как филолог и педагог я считаю, что в ряду школьных предметов один обладает наибольшим воспитательным потенциалом. Это литература. Но как раз часы, отведенные на литературу, новые стандарты урезают. А те, что остаются, тратятся на – ненавижу это словосочетание! – натаскивание на ЕГЭ. И поверьте, при таком подходе литература не то, что не может кого-то воспитать, – к ней сложно почувствовать искреннюю любовь, потому что здесь, как в секспросвете, главное – техника, а на любовь времени нет.

От воспитательной составляющей ДАМ изящно перекинул мостик на свою коронную тему – антисоветчину. Мол, «то говорят, что наше образование произрастает из советского, то – что из царского, а это взаимоисключающие позиции».
Дмитрий Анатольевич, вы лжете. Советское образование наследовало досоветское, только вначале отвергая его, а щатем вбирая все лучшее, что в нем существовало. (Подробно об этом - П. Расинский, «Извращения в системе образования»).
Поэтому советское образование и, как вы, Дмитрий Анатольевич, говорите, образование «царское» (я бы таки назвала его «дореволюционным», ибо «царское» намекает, что его только цари получали), – это не два антипода. Это и есть тот самый синтез, когда новая система, испробовав нечто свое и поняв, что дас ист нихт фантастиш, обращается к тому лучшему, что нес в себе опыт прежнего строя. В этом нет никакого противоречия, потому что, отвергая все, что было до нас, мы противоречим теории познания, – о чем первокурсника оповещают на первом занятии по философии. Но ДАМ не может принять этот факт (кстати, да – именно факт, а не гипотезу), потому что, если он это сделает, то придется признать: вся работа по реформе образования, делающаяся для того, чтобы оно, такое устаревшее, «стало соответствовать новому времени», – это полная профанация. Ибо если в советском образовании было много хорошего, нет никакого смысла его ломать. Допустимо лишь его мягко (!) модернизировать, причем модернизировать в хорошем смысле слова. Загвоздка в том, что модернизировать бы пришлось именно идеологическую составляющую, а как раз этого сделать невозможно без разрушения всей образовательной системы, потому что именно идеология – ее основа. Эта идеология – раскрепощение и пробуждение высших творческих способностей в каждом человеке. Буде он проявит максимум своих способностей в физике, литературе или рисовании. Современному же обществу нужна другая идеология, пусть даже де юро наличие государственной идеологии у нас отрицается (Конституция РФ, ст. 13). Де факто всем известно, что она есть и в чем она состоит (отсылаю обратно к словам Фурсенко о грамотном потребителе).

Больной вопрос реформы – это сокращение числа высших учебных заведений. Причем не на 1-2, а на порядок. В зону повышенного риска попадают «неэффективные», т.е. не приносящие коммерческой выгоды педагогические, аграрные и культурологические вузы. И одновременно с клинической амбивалентностью утверждается, что мы поднимаем образование, сельское хозяйство и культуру! Видимо, только самые закостенелые ретрограды цепляются к мелочам, спрашивая: «КТО будет в них работать?!» Продвинутый же ДАМ ссылается на цифру, которую, как он говорит, он всегда приводит, когда речь заходит об образовании (чтобы подчеркнуть весомость этого аргумента). Итак, «в СССР, при населении 300 млн человек, было одно количество вузов, а сейчас, в России, у нас 142 млн человек, и в два раза больше вузов. Это ведь тоже показатель!»
Что это было? Что значит – «это ведь тоже показатель»? Показатель чего? Того, что число вузов выросло, и в провинции тоже, – думает презренный обыватель, но ДАМ его одергивает:
«И мы вместе должны понять, что со всей это ситуацией делать».
Так, стоп – выходит, выросшее число вузов - это показатель катастрофы? Да, многие учебные заведения, по сути, не имеют права называть себя громким словом «институт» (а то и «университет»). Но я заступлюсь за заведения, которые работают в глубинке. Учатся люди? Не все могут поехать в большие города на учебу? Так пусть - учатся! Что в этом порочного? Да, вуз в столице – это, как выражается ДАМ с думской трибуны, «круто». Но если человек не может себе этого позволить – с какого перепугу он должен оставаться без образования вообще? Простите, вы говорите – дистанционное обучение? Прекрасно, только почему оно должно лишать права на очную форму? ДАМ с болью в голосе изливал душу, как он зашел в какие-то местечковые «вузы», и там было так ужасно, так ужасно, видели бы мы эти «вузы». Так развивайте вузы-то! А то тут как с мозолью на пальце: натирает – нечего мелочиться и накладывать пластырь, надо отрезать палец.
Еще примечательная сентенция: «если нас будут воспринимать как интегральную модель образования (эвона как!), то только тогда к нам поедут учиться (да, иностранные студенты – это самое главное, своих уже всех обучили) и преподавать, потому что никакое общение в соцсетях (при чем тут соцсети?!) не может заменить норррмальную лекцию хорошего профессора. В том числе - иностранного». Походя ухмыльнусь по поводу дистанционного образования, которое как раз предполагает обучение через интернет (и в том числе – через различные соцсети, да-да). Ну а наши профессора, наверное, умилятся, узнав, что где-то далеко идут грибные дожди есть норррмальные профессора, которые читают норррмальные лекции.

ДАМ привел бронебойный аргумент – сейчас всем нужно получать высшее образование, «даже для того, чтобы сесть за компьютер». Ранее в том же докладе он отчитывался о миллионах бюджетных денег, потраченных на модернизацию школ, в том числе в селах. Так я спрашиваю – если в школе есть компьютерный класс, то зачем получать в/о, чтобы научиться набивать тексты?! И вообще – нет такой специальности «пользователь п/к». Это базовый навык, что означает, что он не требует особого изучения в вузе.

Отрастив себе снобизм и помахавши им во все стороны, ДАМ перешел к больной (без сарказма) теме – трудоустройству выпускников.
В этой части, как он констатировал (и как мы знаем без него), у нас есть проблемы. И именно поэтому все эти «лишние» вузы надо сокращать.
Переубедите меня, если я ошибаюсь, но проблема с трудоустройством – это не вина вуза. И это – нет, даже не вина, – это особенность рынка труда. Есть специалисты, которых на рынке труда переизбыток. Переизбыток рождается из повышенного спроса (и моды!) на профессию и, как следствие, спроса на соответствующее образование. В конце 90-х  был бешеный конкурс на экономические факультеты, большая мода была на пиар-менеджмент. Что в итоге? Многие выпускники этих факультетов не могли найти работу по специальности, ибо имя им легион. Так при чем тут вуз?! Он удовлетворял спрос, но провоцировал его не он, а рынок труда, «открытая экономика», «молодой капитализм». Разве что выпускник солидного вуза с большей вероятностью устроится по специальности, чем выпускник несолидного (хотя есть примеры обратного). Только вот это вовсе не означает, что у нас теперь каждый может учиться в солидном вузе. Теоретически – да. Практически – а) вузы не резиновые, б) на какие, с позволения сказать, шиши?

В связи с этим ДАМ напомнил: есть цель – к 2029 году создать 25 миллионов современных рабочих мест. Причем, «в решении этой задачи должны принимать участие правительство и региональные власти, но главное – должен принимать участие бизнес, воспринимать это как свой приоритет и получать поддержку государства».
Существует теория, согласно которой в западных странах – прежде всего в США – потому есть настоящая элита, что у них работает тесная связка: вуз – бизнес – правительство. В упрощенном виде эта схема означает следующее: бизнес получает заказ от государства, реализует его в сфере образования, и выпускники выходят из стен вуза с соответствующей подготовкой, способные совмещать большой бизнес с большой политикой. А у нас настоящей элиты нет потому, что у нас нет такой связки. Сейчас ее пытается создать Высшая Школа Экономики. Но пока она в процессе, власть и ресурсы держит не реальная элита, а дорвавшееся до кормушки ворье. Криминальный класс, а не элитарный. И принцип, по которому ДАМ собрался развивать наше образование, я могу рассматривать только в контексте формирования элиты из избранного меньшинства и геттизации анчоусов большинства, - ибо, если надавать возможностей большинству (может, еще и заставить меньшинство на него работать?), это какой-то социализм получается. Если кто полагает, что простой сельский Ваня попадет в ряды тех избранных, огорчу. По укоренившемуся рефлексу и здесь наши дельфины пытаются надеть штаны через голову, так как если в Штатах на роли будущих элитариев отбирают по интеллектуальному цензу (помимо потомственного), то у нас – на манеже все те же (о дельфиньей аристократии ВШЭ см. здесь).
ДАМ уточнил, что для реализации этой цели с помощью работодателей уже разрабатываются новые профессиональные стандарты, к 2015 году их будет 800, и они охватят все виды деятельности. Эти профессиональные стандарты будут увязаны с образовательными. Иными словами, правительство дает заказ большому бизнесу, а большой бизнес вмешивается в образовательную политику. Схема, откатанная Западом.
Кто эти работодатели, которые разрабатывают профессиональные стандарты, увязанные с образовательными? По каким критериям они их разрабатывают, с учетом чьих интересов, - неужто народных, или все-таки своих? Конечно, это – не доказательство, но на аналитическое предположение я имею право. А социология, политология, философия, логика и, в конце концов, наблюдательность дают понять, что капиталистический работодатель заботится именно о своих интересах.
Было еще многое в выступлении премьера. И экономика, по части которой у нас все лучше, чем в США, Германии и Франции. И дальневосточные регионы, из которых «люди летают отдыхать на курорты». И куча издевательски глумливых, хамских ответов на самые серьезные вопросы. И масса словечек типа «разборки, наезжать», подтверждающие высказанное выше предположение о корнях нашего правящего класса.

Узок круг этих людей. Страшно далеки они от народа.


Дарья Алексеева
Не нашёл в посте слово "путин", как будто Медведев это что само по себе.

В связи с тем, что статья - про отчет МЕДВЕДЕВА, а конкретно - про ЕГО слова об образовании, я все-таки спрошу, хотя подозреваю, что пожалею об этом: что именно Вас удивило в связи с тем, что Путин не упомянут? То, что его не похвалили? Или то, что его не поругали?
То что это председатель его правительства, вот почему. Он как бы президент, не ? Он как бы отвечает за деятельность вот этого мультика.
Ок, я понимаю Ваш вопрос, в том числе глобально - почему не спрашиваем с ВВП, а только с ДАМа. Хотя, было бы логичней, если бы Вы спросили, почему это Ливанов не упомянут всеми плохими буквами алфавита.
Отвечаю. Есть такая вещь в журналистике, называется жанр, от него зависит еще одна вещь, такая как формат. Не в смысле формат страницы А4, А3 или типа того, а формат конкретный, который значит, что статья пишется на какую-то определенную тему, она может быть широкой, - и тогда я пишу про ДАМа, про ВВП, провожу связи меж их действиями и пр., и это хорошо, ибо в формате. А может быть и узкой, когда я в статье собираюсь конкретно и только поделиться впечатлениями от того, что говорил один определенный человек в одном определенном месте в одно определенное время. Если при этом я начинаю тянуть нитки к прочим игрокам на доске, это не в формате, надо его менять, расширять. А я не хочу, потому что жанр у меня другой и тема у меня другая.
Понимаете? Другая тема.

Но на то и есть комментарии, а также возможность другим блогерам писать их статьи, чтобы дополнять то, что не сказано в одном тексте. )
Вы что! Здесь нельзя упоминать имя того, кого нельзя упоминать!
"Страшно далеки они от народа."

Это пол-беды. А вот тот факт, что далеки они от понимания нужд страны, далеки даже от звания "выразителей идей нац.буржуазии" - это совсем беда.