Суть Времени Ленинград

На проклятые вопросы дай ответы нам прямые - 2

"Анна ньюс" разместила на своей странице вконтакте статью Юрия Бялого "Торговые войны. От СССР — к перестройке. Часть III". Щедро указав автора, давать ссылку на оригинал статьи администрация сайта отказалась: дабы, по ее словам, "Не вызывать лишних иллюзий".

Вот, если бы, допустим газета «А» выпускала толковые статьи по мировой экономике, а газета «Б» перепечатывала их в своих номерах без указания авторства или лишь с указанием фамилии автора, без указания его должности и факта его работы в «А», можно ли было бы рассматривать подобное поведение «Б» плагиатом?  Ведь статья – результат усилий и материальных затрат сотрудников «А», это их коллективная интеллектуальная собственность. Является ли размещение чужих материалов без указания авторства (именно корректного указания коллективного авторства) паразитированием на чужом труде? Является ли оно допустимым с точки зрения журналистской этики?
К слову, с какой целью блогеры обычно размещают у себя чужой материал? Не для увеличения посещаемости своей страницы? Но ведь блогеры, размещая у себя чужие записи, обязательно делают ссылки на интернет-страницы авторов, а не копируют к себе на страничку текст целиком без ссылок на ресурс, на котором текст был размещен изначально.
анна ньюс плагиат
А если «Б», размещая у себя материалы «А» без правильно оформленных ссылок на источник, ещё и активно поливает при этом «А» отборнейшей грязью, называя руководителей, сотрудников и читателей «А» предателями, ничтожествами, сектантами и мразью? Не являются ли в таком случае редакторы «Б» лицемерами? Причем лицемерами в высшей степени циничными?
Ну да Бог с ними, с редакторами газет и их манерой ведения дел.
А читатели «Б» - они-то как относятся к подобным редакторским решениям? Они не начнут читать «А», раз у газеты материал толковый? Они не зададутся вопросом об этичности действий руководителей и сотрудников их любимой газеты? Они «Б» по каким причинам читают? Очевидно, в силу наличия у «Б» неких качеств, благодаря которым «Б» соответствует предъявляемым читателями требованиям к средству массовой информации.
А если «Б» перестает соответствовать этим требованиям, теряет свои ценные свойства, выделяющие его из числа прочих газет? Читатели заметят подобную метаморфозу? Их аппарат критического мышления забьет тревогу? Они смогут вовремя распознать фальшивку  и отбросить ее в сторону?
Да ничего подобного. Как минимум, в силу того, что в настоящее время аудитории, а то и целые виртуальные сообщества складываются и формируются вокруг того или иного СМИ не только в силу наличия у данного СМИ таких свойств, как... А каких, кстати, свойств? Что требует от поставщика информации, то есть новостного агентства, ее потребитель (то есть читатель газет, пабликов, блогов, зритель)?
Во-первых, чтобы информация от агентства была правдивой, достоверной. Байки и непроверенные сплетни не позволят понять происходящие в стране и мире процессы. Да и потом, никто не любит, когда ему врут и кормят «дезой».

Во-вторых, агентство должно поставлять наиболее оперативную, ёмкую, подробную и точную информацию. Узнавать о событиях через пару лет после того, как они произошли, как-то не круто. Недопустимо ни чрезмерное огрубление, ни чрезмерное упрощение. Недопустима утайка деталей и сокрытие мелких нюансов, как и сваливание всего  информационного потока в одну кучу, в которой читателю будет просто не разобраться. Информация должна быть структурирована.
В-третьих, важно не только содержание, но и форма. Важно не только «ЧТО написано», но и «КАК написано». Важен не только факт, но и его интерпретация. Мерзость не должна смаковаться и пропагандироваться. Она должна выставляться на всеобщее обозрение строго для порицания, а не как пример для подражания. Иными словами, поставляемая информация должна соответствовать ценностным, моральным, идеологическим и иным установкам читателей и в более общем случае их интересам.
Казалось бы, это очевидный, элементарный минимум тех требований, которым должны отвечать СМИ. Однако, даже с перечисленными выше пунктами, что называется, «не все так однозначно».
Во-первых, что такое «ценностные, моральные и иные установки» у читателей? У разных людей эти самые установки сильно разнятся. Да и как формируются эти установки, не говоря уже об интересах? И что в таком случае первичнее: реальность и события или взгляды читателей на эту реальность и эти события? В какой степени взгляды читателей на реальность  вообще учитывают ее, эту самую действительность? И на что в большей степени должно ориентироваться новостное агентство: на объективное, всестороннее и точное описание событий или на вкусовые предпочтения своей аудитории? Собака виляет хвостом или хвост собакой? Начнешь постить новости, которые придутся «не по сердцу» твоей сформировавшейся постоянной аудитории – и она разбежится к твоим конкурентам, а тебе придется искать себя в новых профессиях. Рынок, как-никак, пусть и информационный.
Во-вторых, какую часть даже не реальности, а информационного потока об этой реальности способен усвоить и обработать мозг отдельного читателя? Все равно, как бы, необъятное не объемлешь. И на фиг ему, мозгу, вообще, такие заморочки? И так проблем выше крыши, доллар, вон, скачет аки хлопцi на Майданi…
А ведь, и правда: нафига? Зачем без того загруженный мозг грузить десятками мегабайт видео-, аудио- и текстовой информации о событиях, происходящих на другом конце планеты (да хоть в соседнем населенном пункте) и читателя не касающихся? Ну, вот, получит, он, допустим, то, чего так страстно требует от продажных_тоталитарных_олигархических_кремлевских_западных СМИ, а дальше-то что? Что он с полученной  СТРАШНОЙ ПРАВДОЙЪ делать будет? На баррикады пойдет? Зачем ему вся эта объективность, достоверность и оперативность «сводок с полей»? Даже если он найдет время все это изучить и усвоить, он полученные знания затем применять начнет? Да бросьте. На системные постоянные активные действия решаются единицы из сотен. А что смогут изменить эти разрозненные дезорганизованные «герои»? «Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой...» Так зачем нужно понимание «мировых геополитических трендов», если ты лично ничего с этим пониманием делать не собираешься? «Всё ведь за тебя решили, где-то там... далеко... могущественные силы... а тебе остается только наблюдать с дивана за происходящим... чтобы быть хотя бы в курсе событий... быть хотя бы... в теме...»

А что значит «быть в теме»? Зачем нужно обязательно «быть в теме»? Чтобы умело блеснуть интеллектом в беседе с друзьями, коллегами по работе или в какой-нибудь тусовке? И только-то? А самое главное: какое место занимает реальность в таких пересудах?
И, как следствие, в-третьих, что для праздно интересующихся читателей важнее и ценнее: реальность или читательские взгляды на эту реальность? Мир или свое воззрение на мир? Имеет ли мир ценность для того, кто живет не в мире, а в своем мирке?
Итак, некий гражданин, желающий (для чего-то) разобраться в «геополитических мировых трендах и процессах», в силу невозможности изучения «всех-всех-всех советских газет» выбирает для регулярного, так скажем, изучения несколько источников информации, которые он счел для себя наиболее интересными, правдивыми, оперативно работающими и так далее. Интерес его к «большим делам большого мира» носит праздный характер, потому что «ну а что я могу сделать один? Мне семью кормить надо и вообще не верю я никому!» Всегда поверхностное и неполное в этой связи изучение информации из выбранных источников (а в некоторых случаях также и ее бессмысленное и беспощадное комментирование в сети), тем не менее, составляет некоторую часть личного мирка читателя, часть его повседневности. Информация, потребляемая из этих источников, в значительной мере определяет его понимание (или непонимание) событий, происходящих в «большом мире», о которых он ни откуда больше узнать не может. Она формирует его персональное видение мира, его ожидания, предпочтения, суждения...
Новая информация, новые данные могут либо соответствовать этим ожиданиям, либо противоречить им. Разрешить конфликт можно либо путем частичного или полного отказа от предыдущих сведений (а значит, и от своих ценностей и ожиданий) и последующей корректировки своей «картины мира» с учетом новых вводных, либо путем подгонки новых данных под уже имеющийся результат. В любом случае приходится напрягать утомленный мозг на решение проблем, которые как бы и отношения непосредственного к читателю не имеют. Выходит, что всякое подобное противоречие для праздно интересующегося потребителя информации – лишняя и совершенно ненужная головная боль. Что он с этим противоречием делать будет? То же, что и с потребляемыми новостями?

В крайнем случае, новые данные можно и проигнорировать, не так ли? Потребителю-то информации об абстрактном «большом мире», с которым его мирок практически не пересекается, за такое выборочное игнорирование несущественных деталей ничего ведь не будет, так какая ему разница? От чего же в итоге откажется праздно интересующийся потребитель информации, если ее объективность и достоверность начнет противоречить его «ценностным и иным установкам», ожиданиям и предпочтениям?
Не принесет житель современного общества изобилия потребления, конкуренции и частной собственности свое собственное, личное, заработанное непосильным трудом в угоду какой-то там абстрактной, удаленной от него на бесконечное расстояние «истине», которая-де все равно не познаваема, как считают философы. Его знания, пусть и частичны, неполны, но конкретны и (по крайней мере, на его взгляд) внутренне непротиворечивы. В отличие от неизученных абстрактных «новых обстоятельств и данных», поступающих из непонятных и неприятных источников, с качеством которых еще разбираться надо. но главное – это ЕГО знания! ЕГО взгляды! Он их заработал! ЕГО – значит, ПРАВДАЪ! Не сметь посягать на частную собственность и свободное мнение! Не в совке живем!
Отказаться от своих взглядов – значит признать их ошибочными. На территории нашей необъятной Родины года так с 91-го внедрялось мнение, что всякий, кто совершил ошибку – лох. А если еще и признался в этом на публике – лох в квадрате! Да хоть даже и себе... Нет, признать ошибку – унизительно и оскорбительно! А в условиях всеобщей (и напоминающей звериную) конкуренции – еще и опасно. Всякий же, кто указывает тебе на ошибки – как минимум, неприятный хамоватый тип, а как максимум – хитрожелтый мудрец, пытающийся тебя обуть.
Кстати, а почему это потребитель в выборе поставщиков информационных продуктов должен руководствоваться рациональными мотивами и проверять новостные агентства на правдивость, достоверность и вшивость? Вряд ли кто-либо будет отрицать, что в обществе потребления стабилен спрос не только и не столько на полезные продукты, сколько на «вредные, но вкусные». А ещё (и особенно) на «брендовые». На распиаренное барахло спрос стабильно выше, чем на качественную «тёмную лошадку». Имидж – всё, жажда – ничто! А ведь «повёрнутость» потребителей на брендах – далеко не поверхностная и глупая штука. Бренд – часть стиля, имиджа, имидж – составляющая статуса. А так же возможность очень сильно поднять скорость «социальных лифтов».

Зачем учиться, трудиться, осваивать профессию, когда можно просто эффектно подать себя – и ты уже в дамках. Казаться – однозначно эффектнее, эффективнее и выгоднее, чем быть. И здесь важен не только стиль одежды, но и музыка, которую ты слушаешь, рестораны, в которых ужинаешь, газеты, которые читаешь. Важны твои интересы, твой «богатый внутренний мир». Престиж газеты – это ещё и твой престиж. Ведь ты то, что ешь... то есть слушаешь... то есть читаешь. Особенно в обществе-то всеобщего изобилия, то есть потребления. А то, что ты слушаешь и читаешь – это не просто твои интересы, это твои конкурентные преимущества и особые качества по отношению к остальным. Особенно в условиях рыночной (и всей остальной) конкуренции. Это то, что выделяет тебя из общей серой массы, выгодно отличает от всяких остальных. Делает тебя особенным. Избранным. Не то, что какие-то там либералы/сектанты/религиозные мракобесы/совки. Это то, чем можно гордиться в жизни. То, с чем можно идентифицировать себя. Ведь если ты читаешь, т.е. потребляешь нечто редкое, эксклюзивное и не «попсовое», то и сам ты – нечто редкое, эксклюзивное, практически элитное.
Но если ты потребляешь некую информацию не только в силу её редкости, но и в силу её правдивости, то ты, именно ты умеешь отличить правду от лжи. А те, кто это не читают и называют «ложью» – соответственно, не умеют. Вот же дурачки, да? Сектанты! Или даже предатели и шпионы!!! Враги!!!
Читатель никогда не станет рассматривать вероятность размещения «дезы» в газете, которую он назначил самой правдивой! Потому как, если газета, которой он длительное время доверял практически полностью, на чтение которой угробил уйму времени своего, окажется фикцией, то:
а) Он потратил часть своей жизни впустую, и время это не вернуть;
б) Его длительное время откровенно обманывали, а значит, он легковерный дурак, лох.
в) А главное – он не способен отличить правду от лжи, то есть ничем не отличается от «либералов», «демократов», «нациков» или фанатов «Tokio hotel» – от всех тех групп людей, которых считал тупыми и глубоко презирал. От всех тех, на противопоставлении которым пытался построить свою идентичность. Не на общности же с кем-то свою идентичность строить в обществе всеобщей конкуренции?
Потребитель (в т.ч. и информации) будет оценивать продукт не по его качествам и характеристикам, т.е. не только и не столько по ним, сколько по степени его «созвучия» «богатому внутреннему миру», по степени его «приятности», «привычности», по тому, на сколько «продукт» поддерживает в нем ощущение «правильности», «праведности» образа жизни потребителя. По тому, насколько он, этот «продукт», подтверждает, обосновывает верность совершенного и совершаемого потребителем выбора, верность принимаемых и уже принятых решений. И он не откажется от потребления того или иного «продукта», даже если «продукт» окончательно «стух», т.е. перестал соответствовать критериям, по которым и был когда-то оценен и выбран из множества других, ибо подобное отречение будет для потребителя равнозначно отказу от части себя самого. И чем больше времени и сил тратилось на потребление, тем крупнее тот «кусок», который надо от себя отрезать. А человек себя очень, очень любит. Потому что в обществе потребления и конкуренции, в обществе без общего у человека – «продукта» такого общества – никого и ничего, кроме себя самого и своего «богатого внутреннего мира», то есть имиджа, в конечном счёте, и не остается. И почему это он должен отказаться от себя? Что он получит взамен? Так у него хоть какое-то подобие знания жизни и ориентиры остаются. И он худо-бедно может держаться...за эту самую жизнь.


С наилучшими всем пожеланиями,
искренне ваш
Капитан Очевидность интернетного корпуса диванных войск

Comments have been disabled for this post.